Отзывы о книгах за 2007

Самые обсуждаемые книги за 2007 год

Лучшие отзывы о книгах за 2007 год

Отправить
Отзыв, возможно, содержит нецензурную лексику. Развернуть
  • Очень живописно, хотя и давно
    19 сентября 2009
Если брать в расчёт старую шутку про три книги, прочитанные за жизнь: "азбуку, вторую и синюю", то последней должна быть именно VN. Пожалуй, однозначно лучшее из последнего и - теперь - войдёт в мою виртуальную персональную золотую коллекцию. Прочитал уже с месяц назад, а... а не уходит. Пожалуй, лучшей рекомендацией может служить то, что её начал читать мой отец - впервые за последние n... Читать полностью
Если брать в расчёт старую шутку про три книги, прочитанные за жизнь: "азбуку, вторую и синюю", то последней должна быть именно VN. Пожалуй, однозначно лучшее из последнего и - теперь - войдёт в мою виртуальную персональную золотую коллекцию. Прочитал уже с месяц назад, а... а не уходит. Пожалуй, лучшей рекомендацией может служить то, что её начал читать мой отец - впервые за последние n лет прочитал двести страниц и отказался отдавать обратно, так "синенькая" с ним по командировкам и катается. О книге. О Книге, да: каждый шаг, каждый поворот - логичен, но непредсказуем. Что в Дяченках самое, пожалуй, сильное - ну веришь в их миры, веришь! Что поделаешь. Закрываешь книгу, скажем, чтобы за водой сходить, а - не отцепляет. Так и тащишься за "попить", в голове держа открытым портал в роман. Я тянул как мог - читал целых три дня: первый курс (золотые монеты, чёрный "учебный модуль", ломка сознания - причём как героев, так и читателя), второй курс (практика по специальности, полёты, Слова), выпускной (вы уверены, что вы хотите это слышать? а не лучше ли прочесть?). - В Торпе у нас, знаете ли, всё нормально, всё неплохо. И институт хороший есть, да и сам город красив вполне, этакая центральноевропейщина. Студенты ходят, экзамены сдают. На кого готовят? Да чёрт их разберёт, технологический институт-то, я в этом не смыслю. Вежливые всегда. Поначалу-то, пока не пообвыкли, гуляют, конечно: пьянки там, ну да все студентами были... а потом серьёзнее становятся, дааа. И капли не употребят. Только болезненные они какие-то. Наверное, на оборонку готовят: уж больно всё как-то скрытно. Да мы люди маленькие, нам не нужно знать. Старшаков ихних, говорят, на полигон какой-то увозят, точно оборонка, говорю вам. Что в небе? Нет, не видел, но, может, что испытывали... Крылья? Где? Может, аэроплан какой летел. А выпускники здесь не остаются, да и зачем - город маленький, хотя и красивый. Наверное, в столицу уезжают...
18 мая 2007 Поделиться
Если брать в расчёт старую шутку про три книги, прочитанные за жизнь: "азбуку, вторую и синюю", то последней должна быть именно VN. Пожалуй, однозначно лучшее из последнего и - теперь - войдёт в мою виртуальную персональную золотую коллекцию. Прочитал уже с месяц назад, а... а не уходит. Пожалуй, лучшей рекомендацией может служить то, что её начал читать мой отец - впервые за последние n лет прочитал двести страниц и отказался отдавать обратно, так "синенькая" с ним по командировкам и катается. О книге. О Книге, да: каждый шаг, каждый поворот - логичен, но непредсказуем. Что в Дяченках самое, пожалуй, сильное - ну веришь в их миры, веришь! Что поделаешь. Закрываешь книгу, скажем, чтобы за водой сходить, а - не отцепляет. Так и тащишься за "попить", в голове держа открытым портал в роман. Я тянул как мог - читал целых три дня: первый курс (золотые монеты, чёрный "учебный модуль", ломка сознания - причём как героев, так и читателя), второй курс (практика по специальности, полёты, Слова), выпускной (вы уверены, что вы хотите это слышать? а не лучше ли прочесть?). - В Торпе у нас, знаете ли, всё нормально, всё неплохо. И институт хороший есть, да и сам город красив вполне, этакая центральноевропейщина. Студенты ходят, экзамены сдают. На кого готовят? Да чёрт их разберёт, технологический институт-то, я в этом не смыслю. Вежливые всегда. Поначалу-то, пока не пообвыкли, гуляют, конечно: пьянки там, ну да все студентами были... а потом серьёзнее становятся, дааа. И капли не употребят. Только болезненные они какие-то. Наверное, на оборонку готовят: уж больно всё как-то скрытно. Да мы люди маленькие, нам не нужно знать. Старшаков ихних, говорят, на полигон какой-то увозят, точно оборонка, говорю вам. Что в небе? Нет, не видел, но, может, что испытывали... Крылья? Где? Может, аэроплан какой летел. А выпускники здесь не остаются, да и зачем - город маленький, хотя и красивый. Наверное, в столицу уезжают...
Алексей Иванов написал два великолепных исторических романа, выпустил документальную краеведческую книгу о реке Чусовой, и вдруг перешел из исторического жанра в авантюрный, обратившись в новой книге к современной жизни небольшого провинциального города. Полунецензурное название стопроцентно соответствует содержанию - сюжет держится на сексуальных изысканиях вольного художника Бориса Мор... Читать полностью
Алексей Иванов написал два великолепных исторических романа, выпустил документальную краеведческую книгу о реке Чусовой, и вдруг перешел из исторического жанра в авантюрный, обратившись в новой книге к современной жизни небольшого провинциального города. Полунецензурное название стопроцентно соответствует содержанию - сюжет держится на сексуальных изысканиях вольного художника Бориса Моржова, который работает ради определенных благ в доме пионеров. Дом пионеров вот-вот закроют и переделают в антикризисный центр, который определенным людям будет приносить много денег, но все нынешние рядовые сотрудники будут уволены. Моржов хочет добиться плотской любви трех своих коллег, и ради этого реализует план по спасению дома пионеров. Несмотря на несколько смешных моментов, роман достаточно минорный - даже главный герой, спасающий свой мир и мир дорогих ему людей, по шкале общечеловеческих ценностей сильно не дотягивает до отметки "идеальный". Все, что он делает, он делает за-ради потрахаться, и добивается он всего по возможности таким же способом. Вокруг его либидо собирается группа людей. Так родилась концепция "фамильона" - ячейки общества с доминирующим самцом во главе. Судя по книге, в российской глубинке только такая форма социальной организации имеет шанс выжить. В главном герое брезжит автопортрет автора, равно как и в другом герое -краеведе Костерыче, хотя роль гласа писательского распределяется по целому ряду персонажей, которые выдают монологи о жизни в России и способах борьбы с окружающей действительностью. Несмотря на некоторую грустную ауру, опоясывающую это произведение, оторваться от него невозможно, оно затягивает, даже если открыть книгу наугад.
13 августа 2007 Поделиться
Алексей Иванов написал два великолепных исторических романа, выпустил документальную краеведческую книгу о реке Чусовой, и вдруг перешел из исторического жанра в авантюрный, обратившись в новой книге к современной жизни небольшого провинциального города. Полунецензурное название стопроцентно соответствует содержанию - сюжет держится на сексуальных изысканиях вольного художника Бориса Моржова, который работает ради определенных благ в доме пионеров. Дом пионеров вот-вот закроют и переделают в антикризисный центр, который определенным людям будет приносить много денег, но все нынешние рядовые сотрудники будут уволены. Моржов хочет добиться плотской любви трех своих коллег, и ради этого реализует план по спасению дома пионеров. Несмотря на несколько смешных моментов, роман достаточно минорный - даже главный герой, спасающий свой мир и мир дорогих ему людей, по шкале общечеловеческих ценностей сильно не дотягивает до отметки "идеальный". Все, что он делает, он делает за-ради потрахаться, и добивается он всего по возможности таким же способом. Вокруг его либидо собирается группа людей. Так родилась концепция "фамильона" - ячейки общества с доминирующим самцом во главе. Судя по книге, в российской глубинке только такая форма социальной организации имеет шанс выжить. В главном герое брезжит автопортрет автора, равно как и в другом герое -краеведе Костерыче, хотя роль гласа писательского распределяется по целому ряду персонажей, которые выдают монологи о жизни в России и способах борьбы с окружающей действительностью. Несмотря на некоторую грустную ауру, опоясывающую это произведение, оторваться от него невозможно, оно затягивает, даже если открыть книгу наугад.